Как атолл Фунафути принимали в состав республик СССР или по следам Миклухо-Маклая

По следам Миклухо-Маклая

Как хорошо, что в июле 1846 года, в селе Рождественском, Новгородской губернии, родился Коля Миклухо-Маклай. А еще более прекрасно, что в 1871 году Николай Николаевич впервые посетил папуасов на северо-западе Новой Гвинеи. Именно в июле 1971 года исполнилось 125 лет со дня его рождения и 100 лет со дня его высадки на Берег Маклая, который так и стал называться после его первого посещения папуасов Новой Гвинеи.

m_маклай

Конечно же, эти две даты не могли спокойно проглотить сотрудники Ленинградского Института этнографии и музея этнографии. Они добились в Президиуме АН СССР того, что им предоставили наше научное судно “Дмитрий Менделеев” для проведения специальной этнографической экспедиции. Ее так и назвали – по следам Миклухо-Маклая. Это был пятый рейс НИС “Дмитрия Менделеева”. Еще за месяц до экспедиции народ уже знал, что это будет экзотическая экспедиция. Естественно, каждый рвался попасть в экспедицию – стать ее участником. Но поскольку это была весьма специфическая экспедиция, далекая от изучения физики океана, то шел естественный отбор. Математики, физики, океанологи просто выбрасывались за борт. Но зато набирались этнографы, “коралловеды”, ботаники, специалисты по гортанным звукам папуасов и т. д. Набирались и кино-фотооператоры. Но тут я молчу. Я лично ничего против операторов “Центрнаучфильма” Володи Рыклина и Анатолия Попова не имею. Они создали прекрасный фильм – “К берегам далекой Океании”. И за это им громадное спасибо! Но попали, как всегда, в интересную экспедицию и всякие прохиндеи. Эти пассажиры лишили, может быть новых знаний об океане, новых открытий, поскольку многих океанологов, крупных специалистов и, в том числе, людей из инженерного состава, сняли с этого рейса. А взамен мне предложили взять пару выпускников-океанологов Дальневосточного университета для прохождения практики. Из пяти предложенных я взял пару – мальчика и девочку. Сейчас мальчик кандидат наук, работает в Тихоокеанском институте океанологии (о нем можно почитать на сайте Николая Денисова: http:www.dvnigmi.narod.ru/). О судьбе девушки я не знаю. А жаль. Хорошая была девушка. Поскольку рейс был этнографический, то стандартная океанология не была нужна. Но насколько мне было известно, Андрей Сергеевич Монин категорически был против снятия основных исследований в рамках ежегодных океанографических Программ. Но “коралловеды”, ботаники и этнографы победили.

Тем не менее, мы благодарны этнографам. Кораллы и подводный мир мы знали и до них. Но они предоставили нам неповторимые возможности продолжения наших увлечений в поисках подводных моллюсков. Хотя они сами боялись зайти в воду даже по колено, но они определяли те или иные заходы на острова и рифы. Это было прекрасно! Благодаря непредсказуемым желаниям этнографов мы могли оказаться в самых сказочных, не посещаемых цивилизацией островов и атоллов. Так оно и было. Только одно перечисление названий вызывает сладкие воспоминания и порождает желание вновь повторить, увы, прожитую жизнь. Вот часть из них.

Город Маданг (Новая Гвинея)

Экзотический городок Маданг , где даже в центре города, в украшенном разнообразными цветами озере, живут живые крокодилы. В Маданге мы познакомились со студентом технического колледжа и его молодой свитой в возрасте 10-12 лет. Они на своих утлых, но весьма устойчивых плавсредствах возили нас по ближайшим островкам, Там мы знакомились с бытом маленьких, в несколько домиков, деревень и их обитателями. Ну и, естественно, занимались своим промыслом.

clip_image002

Гонки под советским флагом – юбкой аборигена.

Маданг был настолько симпатичен, что когда, уже работая в ИЭМе, и по поручению начальства, имел возможность формировать экспедиции, я включил заход в Маданг в Программу экспедиций “Тайфун-75” и “Тайфун - 78” в качестве заходов для отдыха. Многие участники экспедиций, в том числе сотрудники ДВНИГМИ (Владивосток) были нам благодарны за открытие (для них) такого Богом благословенного места.

маданг

Я отвлекся. Но все же, продолжу всего лишь краткий перечень названий мест, которые мы посетили во время этой этнографической экспедиции и ощущений с ними связанными.

Остров Науру

Незабываемый остров Науру, лежащий прямо на экваторе в западной части Тихого океана.

науру

Но какие там контрасты. Гигантские манговые деревья! Постоянно шлепаются на землю перезрелые манго. Ешь – не хочу. Из расщелин отвеса кораллового прибрежного рифа торчат длинные шевелящиеся усы лангустов. Осторожненько берешь рукой за оба уса и тихо-тихо, даже ласково, тянешь на себя – он выползает. Вот вам и роскошный, бесплатный ужин! Но конечно, только под сухое хорошее вино.

лангуст

Мы их жалели и не злоупотребляли своими приемами. Для специалистов “коралловедов” это было поразительно, и они делали всяческие попытки выудить из нас этот простой секрет ловли лангустов. Но мы были непреклонны. Это одна сторона картинок Науру. Другая – более жестокая. Остров Науру очень маленький остров. Его площадь составляет всего на всего около 300 квадратных километров. Но он обладал гигантскими запасами дефицитного в те времена (м.б. и сейчас, не знаю) фосфатов (фосфоритов). Это ценнейшее удобрение и бесценное сырье для химической промышленности. В этом заключалась его трагедия. Трагедия острова как кусочка суши посреди могучего океана. Но, конечно же, не трагедия людей его населяющих. Это были самые богатые люди на Земле. Фосфаты прямо по лентам километровых конвейеров текли в бездонные трюма сухогрузов, стоящих всего в нескольких кабельтовых от берега несчастного острова. Остров просто вывозили. В центре острова, где вычерпывали эти злополучные фосфаты, торчали, как гнилые зубы, гигантские зубцы древних кораллов. Остров исчезал на глазах аборигенов. Но им хорошо платили. Каждый из жителей Науру имел личный счет в каком-либо австралийском банке, имел роскошный, по тем временам, автомобиль, виллу. Но поскольку вся окружная дорога была не более 20 километров, то было забавно наблюдать, как по вечерам аборигены делают проминаж на своих дорогих автомобилях по этой “окружной дороге”. К сожалению, я не слежу за ситуацией на этом маленьком острове и ничего не могу сказать о сегодняшней его жизни.

Новая Каледония

Французская колония. Столица – городок Нумеа. В 1853 году, после поражения Парижской коммуны на каторгу в Новую Каледонию были сосланы более 4 тысяч коммунаров. Позднее на острове были открыты богатейшие запасы никеля. Тогда там добывалось около 40% мировой добычи никеля. Нумеа, это милый, ухоженный городок, с пятидесятитысячным населением. Там есть все, что имеет цивилизованный мир. Радио, телевидение, собственные газеты и издательства. Население имеет все условия для более, чем прекрасной жизни. Там есть (был) океанографический Институт. Проблема для кораллового мира всей Полинезии заключалась в морской звезде, так называемой “терновый венец”. Эта плодовитая тварь уничтожала тысячи квадратных километров коралловых рифов, оставляя после себя лишь белые остовы карбоната кальция. Возникла даже проблема существования Большого кораллового рифа Австралии. А это тысячи километров по длине и сотни километров по ширине. Одной из целей Института океанографии в Нумеа был поиск путей борьбы, если угодно, защиты коралловых рифов от “тернового венца”. Этот Институт даже создал свой искусственный риф из старых автомобильных покрышек для проведения там исследований над “терновым венцом”.

Новая Каледония

Какие шикарные воды окружают остров. Лазурная лагуна, защищенная могучим коралловым рифом от открытого океана. Были места, где можно пешком, по колено в воде, гулять по нежному песку сотни и даже десятки сотен метров, среди редкой подводной зелени этой чудо лагуны. При этом, почти через каждые сотню метров среди этой изумрудной воды можно было наткнуться на новокаледонский мурекс (это красивый эндэмик новокаледонских вод)…

Мэром города был молодой, увлеченный шахматами ученый – доктор Альрод Рочи. Он создал на острове шахматный клуб, увлек многих молодых островитян этой прекрасной игрой. Руководству нашей экспедиции он предложил провести турнир. Естественно все согласились. Но кто мог подумать, что этот энергичный молодой парень сможет так красиво организовать и разрекламировать эту “международную” шахматную встречу. Игра проходила в холле самого крупного отеля города под десятками телевизионных “юпитеров" и транслировалась по телевидению. У нас самым сильным игроком был Игорь Белоусов, кандидат в мастера спорта, за ним перворазрядник Вольдемар Петрович Смилга. Больших сил у нас не было. Естественно, они играли на первых двух досках. Не помню, кто играл на третьей доске, скорей всего Михаил Васильевич Соболевский, наш капитан. Замечу, что это был один из лучших капитанов дальнего плавания того времени. Весьма азартный и рисковый человек! Чего стоил его авантюрный проход в лагуну Фунафути. Я об этом напишу чуть ниже. Но сразу замечу, что у меня с ним были самые прекрасные, человеческие отношения. Мы уважали друг друга...

Вернемся к шахматам. Я играл на четвертой доске. Всего же их было десять. Игра, начавшись в 20 часов местного времени, закончилась лишь около 4 утра. И, как не парадоксально, основная масса болельщиков, а их было, очень много, оставалась до официального окончания мачта. Рочи так не желал расставаться с шахматами, что после почти 4 часовой игры (по условиям каждый участник должен был сыграть белыми и черными фигурами), он предложил еще и пятиминутки. Мы вдрызг проиграли. Насколько, я помню, в основных партиях выиграл лишь Игорь Белоусов. Тем не менее, каждый участник получил памятные сувениры, а первые шесть досок еще и по красиво упакованной бутылке дорого французского шампанского…

Деревня Бонгу.

По сути, основная цель этнографов – пожить там, где когда-то жил Миклухо-Маклай на берегу бухты Астролябия среди добрых папуасов.

Их дома стоят на сваях, что позволяет им, во-первых, таким образом защищаться от всяких насекомых, во-вторых, жилище хорошо проветривается и тем самым папуасы продляют жизнь собственных домов в их влажном тропическом климате. Для этнографов выделили домик, своеобразный отель. Там они собирались прожить семь дней, но удалось это далеко не всем. Большинство решило жить в привычной и уютной атмосфере судна. Специально для нас папуасы организовали показательные ритуальные танцы. Танцы, посвященные победе над диким животным, или танцы, посвященные богатому улову рыбы и т. п. К великому сожалению, среди населения Бонгу, а это около тысячи человек, очень много неизлечимо больных людей.

clip_image004

Папуасы деревни Бонгу

Болезни, конечно, уникальны. Это и сонная болезнь, слоновая болезнь и много других экзотических для нас заболеваний. В деревне, нет никаких лекарств и медперсонала. Как сказал сопровождавший нас Крэг Саймонс – заместитель окружного комиссара Маданга – в Бонгу и в другие деревни периодически наведываются врачи. Но главной их целью является предупреждение и профилактика таких страшных заболеваний как чума, сифилис и прочие внеземные радости. Что же касается сонной, слоновой болезни, то это не входит в Программу медицинского обеспечения папуасов. Это реликт, который по тем временам, считался неизлечимым. Не знаю, как сегодня.

clip_image006

Ну, как я Вам?

Даже мы, далекие от этнографической романтики, решили на пару ночей, взяв палатки и все необходимое для автономной жизни, пожить на песчаном пляже бухты Астролябия. Увы. После первой же кошмарной ночи мы вернулись на судно, в свой добрый, комфортный уют прохладной каюты. Дело в том, что ночь, во-первых, холодна как на северном полюсе (температура воздуха не больше 22 градусов при почти 100% влажности), а самое главное – такое количество пищащих, жужжащих, ноющих насекомых, жуков и пауков не дали нам ни на минуту сомкнуть глаз. Но, конечно же, при всем этом унылая скукота от размеренного шума слабой прибойной волны, тогда как на судне идет бурная музыкальная и яркая жизнь. Да, увы, мы отнюдь не Миклухо-Маклаи…

Тем не менее, общение с папуасами, их детьми, было взаимно интересным. Когда мы привезли в гости на судно сначала женщин с детьми, а потом уже мужчин, то мы были поражены детской непосредственностью. Если на берегу, у себя в деревне, они вели себя как достойные представители своего племени, то, попав на борт судна – тут же диссипировали. Они разбежались по многочисленным помещениям и палубам большого судна. Мы всерьез стали беспокоиться за их здоровье, и даже жизнь. Температура на борту, во всех жилых помещениях не превышала 22 градуса при влажности около 60%. Для их детских тел это весьма низкая и опасная температура. Заволновались даже их мамаши. Капитан принял правильное решение. Он приказал выключить все кондиционеры. А то пока их всех найдут, не дай Бог могут схватить и воспаление легких. А потом начались поиски этих маленьких, юрких, абсолютно не управляемых папуасят по всему судну. Их стаскивали в столовую команды, где были накрыты столы и приготовлены для папуасов крепкий чай и булочки с маслом. Другую пищу было давать рискованно. Такой совет дал Крэг. В конце концов, все благополучно разрешилось. Они покушали, и наши моряки их быстренько сняли с борта и переправили на берег. Но зато, с каким достоинством вело себя мужское население деревни Бонгу. Они степенно кушали, передвигались солидно и важно, лишний раз не прикасались к поручням и к другим блестящим предметам. Всем своим видом они давали понять, что наша “цивилизация” гроша не стоит против их культуры, обычаев и нравов. С нашей стороны это вызывало уважение…

clip_image008

Наш прекрасный капитан – Михаил Васильевич Соболевский - в деревне Бонгу.

Легенды и фантазии папуасов.

Последний Маклай, как нам сообщили папуасы, умер в 1951 году! В ближайшей деревне от Бонгу – деревне Бил-Бил - сохранилось такое предание. На острове Били-Били есть место Айру. Там некоторое время жил Маклай. Как-то раз Маклай (наш Николай Николаевич) посетил своего знакомого по имени Балим, жена которого была беременна. И вскоре после посещения гостя жена родила мальчика. Балим назвал его Маклаем. Вот этот-то Маклай и умер в 1951 году.

clip_image010.

Общение?!

В целом, общение с папуасами, этим гордым, но больным народом, вызывало двоякие чувства. С одной стороны, русские слова в их быстром говоре! Фантастика, но я слышал собственными ушами такие слова как топор, луна, арбуз! С другой стороны, народ, мое мнение, обречен на вымирание, если Всемирная организация здравоохранения не предпримет необходимых мер. Причем – это делать нужно срочно (если еще не поздно)!

Что хочется отметить. Мужское население папуасов, посетившее наше судно, довольно быстро изъявило желание ретироваться на берег, в свою стихию. Они под всяческими предлогами старались как можно скорей покинуть наше жилище. (Замечу, что ни одному человеку с островов Полинезии - кроме жителей атолла Фунафути - пребывание на борту нашего судна не нравилось). О чем это говорит? Лишь об одном. Жить на борту судна, в металлической замкнутой коробке просто вредно! Они, дети Природы, это интуитивно чувствовали. Так я думаю. (Я же, в общей сложности, провел пять с половиной лет в этих металлических застенках). Заплатил за это своими зубами и здоровьем. Тем не менее, я не жалею. За все нужно платить. Такова жизнь…

Западное Самоа.

Апиа – центр и столица этого западного самоанского государства. Вообще-то, эта страна делится на Восточное и Западное Самоа. Восточное, со столицей Паго-Паго принадлежит США.

З_Самоа

Западное Самоа с 1 января 1962 года - независимая республика. Самоанцы открытый, душевный народ. Они живут открыто в прямом и переносном смысле. Их дома не имеют стен. Вместо них циновки. Они их используют лишь во время дождя. С улицы хорошо видно все убранство их жилищ. Широкие кровати с горами расшитых подушек самых разных размеров. Ковры и коврики покрывают всю площадь их комнат. У многих стоит различная радио и музыкальная аппаратура. Во дворах - миниэлектростанции. Сейчас, наверное, уже используют солнечные батареи. Каждый дом утопает в царстве фантастических цветов…

Недалеко от Апиа находится усадьба Ваилиме, где провел последние годы своей жизни автор “Острова сокровищ”, знаменитый писатель Роберт Льюис Стивенсон. Недалеко от дома, на высоком берегу находится его могила. На ней слова писателя:

“Под звездным простором, в высоких горах

Могильной землею укройте мой прах…

На камне моем Вы напишите так:

Здесь был его дом, его давний маяк ”.

Он выбрал достойное место для вечности.

У полинезийцев, в том числе, у самоанцев, дважды в году бывают удивительные праздники обжорства. В кораллах живут морские черви – палоло. Дважды в год они покидают свои убежища и всплывают в лагуне с тем, чтобы освободиться от половых продуктов (нерест). Все население деревень выходит на промысел палоло. Эти черви очень питательны и вкусны. Их едят в жареном, запеченном, сушеном и даже в сыром виде. Их заготавливают впрок. Дни лова палоло – это дни деревенских праздников. Вечерами на берегу лагуны горят костры, звучит музыка, песни и танцы…

Копра.

Рейс по “следам Миклухо-Маклая” настолько был необычен, что ему можно посвятить отдельный опус. Но пока я не претендую на это. Но, не могу, пропустив десятки кусочков суши, таких как остров Эфатэ, остров Лорд-Хау, остров Эроманга, острова Эллис и Гильберта, не остановить свое воспоминание об этих удивительных посещениях, где мы воочию наблюдали, и даже помогали наемным рабочим заготавливать копру. Копра – это маслянистая, белая внутренняя часть кокосового ореха, собственно сам орех. По тем временам, там, на островах мешок сушеной копры стоил пятьдесят центов! Это бешеные деньги для аборигенов островов. Они работали, как сезонные рабочие с утра до ночи. Проблема – доковыряться до копры. Чтобы очистить зрелый кокосовый орех нужно сначала снять тяжелым трудом с него защитную верхнюю оболочку (шкуру). Она представляет собой укутанный в волосистую, весьма плотную, ткань из длинных, тонких и прочных волокон этой мудрой пальмы. И лишь, когда ты добираешься до самого ореха, нужно умело его разбить, с тем, чтобы по максимуму извлечь из него копру. А потом разложить ее на перекладинах над еле дымящим, тлеющим костром, из тех же отходов кокосовых орехов.

копра

Мы почти полдня посвятили освоению этого искусства на острове Молекула (это Микронезия) и, уходя, получили подарок местных работяг в виде кокосового вина, в упакованном кокосовом орехе. Это был неожиданно вкусный прохладный напиток. Нас поразила ловкость и целесообразность действий рук аборигенов. Они втыкают кол, обостренный сверху и двумя-тремя мощными движениями снимают эту волосяную шкуру кокоса. А дальше – минутное дело. Орех вынимается, разбивается о камень и специальными ножами – черпаками двумя-тремя движениями выковыривается копра. Их профессиональная, высокого уровня работа просто завораживает.

Сколько мы не старались, даже близко освоить это мастерство нам не удалось. За день один такой профессионал мог насушить до 3-4 мешков копры!

Фунафути - 16 республика СССР?

В череде островов архипелага Эллис есть замечательный, обитаемый атолл. Это Фунафути. Один из крупнейших атоллов Тихого океана. Его внутренняя лагуна составляла где-то около 300 квадратных километров (примерно 15х20 км). Такие размеры лагуны позволяют ветрам развивать достаточно сильное волнение и формировать локальные течения. Именно благодаря этому западная часть атолла – это фантастические пляжи нанесенного волнами кораллового песка. На атолле проживало около восьмисот добрых, веселых и гостеприимных человек. Они имели небольшую электростанцию, Дом собраний, не имеющих стен, но имеющий прекрасный, отшлифованный пол и надежную конусообразную крышу над головой.

Пару слов - что такое атолл. Это, как правило, гора-вулкан, поднявшаяся от дна океана, а затем медленно опускающаяся в своей эволюции. Геоморфологические исследования атолла Фунафути показали, что мощность лагунных отложений составляют около 340 метров. А это означает, что вершина вулкана, т.е. когда-то 340 и более метровый остров в океане погрузился на эти 340 метров за те прошедшие тысячелетия эволюции Земли. Образовался атолл, самая высокая точка которого не превышает 3-4 метров над окружающим его океаном.

Фатафути

Наш прекрасный капитан, посетивший много стран, решил собственным ходом войти в лагуну атолла. Естественно, как умный человек, он запустил предварительно в лагуну промерный катер. Думаю, впервые в истории атолла была получена батиграфическая карта (карта глубин) лагуны Фунафути. Кстати сказать, он ее подарил не только местным рыбакам, но и властям островов Эллис и Гильберта, которым принадлежал атолл. На самом деле для рыбаков и властей атолла это был уникальный и жизненно важный документ. Тем не менее, когда мы проходили в лагуну, как показалось капитану через самый широкий проход, через борта судна по всему пароходу был слышен, ужасный в своей трагичности, скрежет металла о прочные известняки – кораллы.

clip_image012

Так нас встречали танцами и любовью женщины атолла Фунафути.

Несмотря ни на что, Михаил Васильевич с блеском провел судно водоизмещением в 6700 тонн (кстати, замечу, что длина судна составляла 124 метра) в мелкую и опасную лагуну. Это был прекрасный изыск, уверенного в себе капитана. Это был изыск советского судна! Это был изыск, даже вызов, тогдашнему пренебрежительно относившемуся миру, к нашей стране. Не знаю, как для других, но после этого захода в лагуну атолла Фунафути Соболевский стал для меня символом советского капитана. А если к этому добавить наши добрые отношения, когда он отдал в наше распоряжение (Володе Колотий, Олегу Николаеву и мне) собственный бот на моторном двигателе и мы всегда имели приоритет в спуске своего плавсредства на воду при любом заходе или высадке, то не хватит слов выразить свое признание. Более того, он позволил мне, как главному инженеру судна, создать собственное кафе, на нижней палубе, в самом укромном уголке судна, куда даже самые настырные внештатные сотрудники КГБ не имели возможности попасть. Это было нечто! А кафе называлось – “Три щепки”. (отщепенцы Большой земли - это Володя Колотий, Олег Николаев и я). А позже, даже сам Михаил Васильевич – капитан – спрашивал у меня разрешения провести там, чей-нибудь день рождения. Такие были ВРЕМЕНА, как любит говорить Владимир Познер.

Возвращаясь к атоллу. Как-то на судно последовала целая делегация во главе уважаемого на Фунафути певца, композитора и общественного деятеля по имени Тапу Ливи. Они привезли на своих челноках и подняли к нам на борт более сотни килограмм кокосовых, очищенных орехов! Это было потрясающе. Но еще более шокирующими были их танцы на верхней палубе судна. Это были красивые эротические танцы. И вдруг, после этой сказочной феерии музыки и танцев тишина. И вот Тапу Ливи официально пригласил капитана встать напротив себя и громким голосом попросил капитана, как власть, принять жителей атолла Фунафути в состав республик СССР! Этого никто не мог ожидать. Это же международный скандал! Но, с другой стороны, как было бы прекрасно иметь такой атолл в составе своей страны. После, как я понимаю, переговоров капитана с Тапу Ливи, консенсус не был найден - жители Фунафути с тоской покинули наше судно…

Автор Владимир Пудов

Навигация

Предыдущая статья: ←

Если вам понравилась наша статья, поделитесь, пожалуйста, ею с вашими друзьями в соц.сетях. Спасибо.
Оставить свой комментарий

Поиск
Таиланд. Возвращение в лето. Лучшие цены.
Travelata.ru
Гид самостоятельного путешественника
Travelata.ru
Главные новости недели
Путешественникам: гороскоп на 2017 год
Фото дня
Бронируем билеты и отели
Попробуйте: здесь все бюджетные авиакомпании
Наши лица за границей
Лучшие путешествия от наших партнеров
Для взрослых
Рубрики
Рейтинг@Mail.ru

Посетите наши страницы в социальных сетях!

ВКонтакте.      Facebook.      Одноклассники.      RSS.
Вверх
© 2017    Копирование материалов сайта разрешено только при наличии активной ссылки   //    Войти